Godless

Объявление

Ты можешь говорить с черепом, с микроволновкой или рекламным билбордом, кричать на кота, но лишь дорожный знак имеет смысл, высшее предназначение. Только он несёт в себе ответное послание. Есть главные дороги, а есть объезды. Места, где можно остановиться и передохнуть, и точки, в которых лучше не останавливаться. Не оборачивайся. Двигайся по кругу. Снизь скорость. Будь аккуратен на поворотах. Берегись падения вниз.
В игре: ДУБЛИН, 2018. ВСЁ ЕЩЕ ШУМИМ!

Некоторые из миров пантеонов теперь снова доступны для всех желающих! Открыт ящик Пандоры! И все новости Безбожников еще и в ТГ!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Godless » real time » [05.07.2018] Подарочный букет из трупов


[05.07.2018] Подарочный букет из трупов

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

[epi]ПОДАРОЧНЫЙ БУКЕТ ИЗ ТРУПОВ 05.07.2018
Tamara Metaksas, Patricia Kelly, Brian Murrey (Theodore Dickens)
http://forumfiles.ru/files/0019/a2/29/60419.png
https://www.o-prirode.com/_ph/39/2/245400824.jpg
Приятный вечер в баре портится обществом маньяка. И гарды. И почему-то Тома предпочла бы оказаться в обществе маньяка, чем гарды.
А Патрисии просто не повезло. Но зато она может закусить маньяком.[/epi]

+2

2

Некоторые современные обычаи старого света, со всеми его окутанными туманом древностями, Патрисию буквально завораживали. Живя в Америке, с её-то культурными особенностями, доктор активно боролась за абсолютную доминацию воли над слабостями и воспринимала походы в бар для себя лично прежде всего как социокультурный акт, а для своих пациентов – во избежание излишеств старалась запрещать вовсе.
В Ирландии было не так.
В Ирландии было не так, и поход в бар был наиболее традиционным времяпровождением вечера пятницы – если в Америке молодежь за вечер могла сменить пяток клубов, то здесь меняли бары, переходили из одного в другой так, будто за новой стойкой ожидало новое чудо, и, что самое парадоксальное, эти чудеса порой случались. Никто и мысли не мог допустить о том, что в бары можно – и нужно – не ходить; а если говорить об излишествах, даже доктору Келли приходилось признать, что создаваемые в маленьких, традиционных же пивоварнях стауты - густые, плотные, горькие, с легкой масляной пеной – были чем-то таким, ради чего любому гурману стоило хотя бы раз побывать в Ирландии, потому что понятие Ирландии и ирландского паба асимптотически близились к тождественности.
Самым паршивым было то, чем американку потчевали ирландские мужи, озаглавив этот акт снова-таки традицией – мешая чернильный гиннесс с смородиновым джемом; и чернильный гиннесс со смородиновым джемом сносил голову доктора Келли напрочь так, что приходилось переставать считать калории.

Если возвращаться к сегодняшнему вечеру, то встреча в баре, даже полуделовая, здесь не считалась чем-то из ряда вон. Так бывало и в Америке, но не всегда; но здесь никто даже не удивлялся, никто даже не удивлялся тому, что это происходило в четверг, а не в пятницу. Решив совместить приятное с полезным, Патрисия точила зуб на горький, как вся эта жизнь, и пряный пейл-эль, за кружкой которого вполне приятно можно было бы обсудить полуделовые подробности и что угодно ещё.
Обсудить было что.
Не так давно в врачебном обществе пронеслось известие о том, что один из пластических хирургов подвергся нападению. Летальных последствий не случилось, но неизвестный злоумышленник сломал тому пару пальцев, и это само по себе было трагедией и чуть ли не крахом, пострадавший, удерживая в загипсованной руке всё ту же кружку с темным элем, ругался сквозь зубы и на все лады костерил местную полицию; существ же интересовало только то, что оба участника происшествия были людьми, и на этом многие поставили точку и успокоились.
Было кое-что ещё.
Женщина-змея, чарующе шипя (наверное) на своих пациентов, время от времени находила нужным вручить их в руки других специалистов – Патрисия успешно сопровождала уже двоих, и, в целом, как ей казалось, они обе (а скорее, все четверо) были довольны таким сотрудничеством. А вот с третьим выходило сложнее – притом настолько, что в момент слабости доктор Келли примерно минуту смотрела в стену с отчетливым желанием отмотать всю жизнь назад и выбрать себе другую специальность, вот, к примеру, доставщика пиццы. Медленно, но верно поднимался во весь рост вопрос о том, не стоит ли направить пациента к психиатрам с многолетним опытом для клинического исследования, потому что убеждать себя в том, что он сам по себе от природы родился настолько раздражающим, и это было изюминкой личности, а не диагнозом, становилось всё сложнее.

- …я бы хотела обсудить нашу дальнейшую стратегию, - светски не сквернословя (хотя время от времени что-то тянуло), после приветствия и сопутствующих встрече в баре дежурных фраз произнесла Патрисия. Если отбросить шутки, ситуация её вправду начинала немного тревожить, - как врач с практикой, я не могу позволить себе отменять визиты в одностороннем порядке, а наш друг уверенно не понимает вежливых попыток намекнуть на то, что стоит найти себе «своего» консультанта. В последний раз мне показалось, что он приходил вовсе не для того, чтоб пройти исследования и отчитаться о полученных результатах – и мы говорим о том, что результатов нет, потому что он и не думал выполнять рекомендации – а для того, чтобы вывести меня из себя. У него не вышло, но я, коллега, если честно, уже сама нуждаюсь в консультации и, может быть, совете более опытного. Что с ним делать?

Отредактировано Patricia Kelly (2018-08-15 16:37:07)

+3

3

Конечно, Тамара была наслышана, что некоторых психиатров преследуют особо ретивые поклонники из числа пациентов. Но никак не могла предположить, что когда-нибудь и с ней такое случится. По ее душу пока еще не приходили. У существ психика была покрепче, у людей – инстинкт самосохранения работал. Что ни говори, а они чувствовали в женщине перед ними нечто такое, что останавливало от любых попыток закатить истерику, писать любовные послания, приносить трупы птичек-кошечек-собачек на порог дома и заваливать букетами черных роз. В общем, вся атрибутика нестандартных отношений, как и они сами, обходила Тому стороной.

Ровно до этого момента.
Оказалось, если запрещать людям есть, они звереют. Почти что буквально. Нет, ну, конечно, и сама Тамара могла голову откусить, когда ей что-то запрещали, но в данном конкретном случае, все делалось во благо. Так казалось. Сначала с пациентом работала Тамара, потом, когда было решила, что все, свой долг она выполнила, передала его более подходящей кандидатуре. Потому, что и диетах и здоровой пище Ехидна знала только то, что они существует, и совсем не имела понятия, как их применять на практике. Ей просто повезло, да.
Когда Патрисия позвонила первый раз обсудить ситуацию, Тамара как раз лениво просматривала сводки криминальных новостей по Дублину, чтобы убедиться, что ничего не просочилось мимо нее и КОВ наружу. Наткнулась на пару интересных заметок, в последние недели было совершенно несколько занимательных нападений на представителей ее профессии, которых в Дублине оказалось предостаточно. Что примечательно, совершенно не удивлял ни один из фактов, ни нападения, ни количество психиатров. Звонок же застал Тамару в раздумьях о бренном, они договорились встретиться в пабе вечером. Адрес показался подозрительно знакомым, но очередной пациент в дверях отвлек Ехидну от созерцания буковок на бумаге.

Позже и паб показался знакомым, но подвоха реальности Тамара упорно не ощущала. Ее вообще как-то нетрадиционно догрызало подозрение, что что-то в ее практике пошло не так и не туда. Чуя дух разложения, она пыталась установить, где же закопан труп, но взяв пиво, решила сначала решить то, что беспокоит Келли.
- Прости, опоздала. Чертов Дублин и его пробки.
На узких улицах древнего города по вечерам продвигаться было проблемой. Пешком и то быстрее, но что делать, если твоя любовь к красоте выявляется покупкой обуви, в которой проще убиться, чем куда-то вообще добежать. Порядком раздраженная, Тамара все пыталась понять, почему ей знаком паб, та официантка и тот парень.

- Честно говоря, я бы предложила радикальное лечение, определить его в соответствующее заведение. Он на той стадии, когда амбулаторное лечение не панацея, все становится только хуже. Его недавно бросила жена, о чем он мне сообщил по телефону с просьбой встретиться для сеанса. Не подумала бы никогда, что пищевые расстройства так влияют на мозг. Мозга у него словно нет…
Почему-то именно в этот момент до Тамары доходит, откуда ей знаком паб, та официантка, и тот парень. Прекрасно. Из всех пабов Патрисия, бесспорно талантливым жестом выбрала тот, в который Тамара бы и под страхом смертной казни не вошла, но загруженная работой, просто не сопоставила фактов.

- Ты в курсе, что мы сидим в пабе, который себе облюбовали сотрудники Гарды? – Меланхолично вопрошает Тамара, прикидывая, как быстро они успеют унести ноги до того, как ее накроет кара небесная за то, что она не брала последние пару дней трубку, беспардонно игнорируя звонки. – Официантка – дочь бывшего гарды, которого после ранения комиссовали пару лет назад, и он, традиционно для этого проклятого города и ирландцев, открыл паб.
Ехидна аккуратно возвращает стакан с пивом на стол, осторожно суется в сумку в поисках кошелька, уже собираясь озвучить предложение свалить в более безопасное для ее психики место, но понимает, что поздно – в дверях стоит инспектор Гарды Брайан Мюррей.
Видимо, готовый убивать.
- Кажется, мне сейчас тоже не помешает профессиональная поддержка. Или адвокат. Зависит от того, что будет дальше.

+4

4

[nick]Brian Murray[/nick][icon]https://i.imgur.com/qXVdq2y.png[/icon]

Июль обещал быть жарким во всех смыслах этого слова.
Мюррей это понял ещё, когда вернувшись домой в ночи, так и не закончив с текучкой, просто смирившись, что без сна он долго не протянет, первого числа, плавно перетекающего уже во второе, не обнаружил у себя дома взятый на временное хранение кинжал, проходящий в очень сомнительном деле как вещдок.
У Мюррея на самом деле было очень много вопросов к злоумышленникам и их изумительной храбрости - это же додуматься ещё надо, да ещё и решиться влезть в дом гарды. Далеко не каждый воришка решился бы на подобное, скорее всего только самые отбитые, более того не каждый был в состоянии умудриться не оставить следов. Мюррей скрупулёзно изучил поверхности в доме. Но единственное, что было им найденного подозрительного и чужеродного в собственном доме - очень знакомый рыжий волос там, где его по логике быть не должно, но обвинить Метаксас в краже, имея на руках исключительно одну достаточно косвенную, учитывая их отношения, улику, Мюррей не мог. Во-первых, он бы об этом пожалел. А, во-вторых, он бы сильно об этом пожалел. Да и не поверил он своей чуйке, заглушив её логикой, в конце концов Тамара же не дура лезть в его дом.
Хотя, конечно, не стоило ему забывать, что правило "во всём виновата любовница" чаще всего работало безотказно.
И вот когда Тамара перестала ему ещё и отвечать, он прямо-таки уверовал в её причастность. Сперва разозлися, конечно, затем смирился - всё равно у него не было сейчас времени искать её хрен пойми где и вытряхивать из неё объяснения и алиби. Так что всё, что ему оставалось - ждать либо пока у ней проснётся совесть, что вряд ли, либо пока сам он перестанет уползать с работы в ночи, что, в общем-то, ещё сомнительнее, чем проснувшаяся совесть Метаксас.

Работы было предостаточно: происходящее в Дублине не давало гардам толком расслабится. Брайан так и вовсе всеми фибрами своей души ощущал, что они с коллегами что-то упускают и всё это просто затишье перед бурей, но всё никак не мог понять что именно. И продолжал копать, по вечерам названивая своей любовнице в основном всё больше из спортивного интереса, толко не отрываясь от дел. Он просто выкладывал телефон на стол экраном вверх и изредка смотрел на то, как его продолжают тотально игнорировать. Тамарина привычка притворяться занятой ветошью его раздражала, но впрочем отношения без обязательств вероятно подразумевали подобное право. И всё же, Брайан был уверен, что дело тут не чисто.
Да и не понравилась ему попавшаяся на глаза сводка, содержащая в себе информацию про жертв среди врачебной братии - совершенно очевидно действовал какой-то специфический маньяк, который всё ещё шлялся где-то на свободе. Тома, конечно, на вкус Брайана сама кому угодно голову откусит, если возникнет надобность (например, ему), но всё-таки. С её то любовью ко всякому сомнительному, он бы не удивился, узнав, что она и с этим как-то связано.

А вот встретить её в пабе, который давным-давно облюбовали гарды было даже немного странно. Обычно она так сильно не промахивалась, скрываясь от него и игнорируя сам факт его существования. Коротко кивнув примостившимся в углу коллегам, Брайан с улыбкой акулы, заметившей потенциальную жертву, двинулся в сторону Метаксас и её приятельницы. У него было к Тамаре много вопросов и уйти он собирался отсюда либо с ответами, либо под конвоем, названивая своему адвокату.

- Радость моя,- Мюррей, не особо церемонясь, навис над столиком, не без интереса разглядывая женщину, которая почему-то до сих пор пускала его к себе в дом. Он бы на её месте давно перестал. На её месте он бы в и пабе этом появляться не стал - это же практически единственное место, куда сам гард захаживал с завидной регулярность и даже Метаксас об этом рассказывал, сам правда не знал зачем - не то чтобы это было очень важно. - А я думал ты сломала себе пару конечностей и поэтому не можешь мне ответить вот уже, дай-ка подумать, дня три, или умерла или по крайней мере погребена под работой. Уже собирался мчать к тебе домой на всех порах, чтобы обнять твой хладный труп и пустить скупую слезу. А ты оказывается жива-здорова.

Чуть не ляпнув в конце "жалость-то какая", Мюррей в меру кровожадно улыбнулся, даже не надеясь, что кто-то здесь будет оправдываться в принципе. Не их случай, конечно. Но по шее за тишину в эфире дать всё равно хотелось, хотя бы ментально - руки распускать как-то некрасиво. Не при дамах. В смысле не при чужих.

- Прошу прощения, очень переживал за Тамару, не смог сдержать свой душевный порыв. Брайан Мюррей,- безбожно наврав и бросив напоследок многообещающий и недовольный взгляд на Метаксас, Мюррей без лишних расшаркиваний протянул руку Патриции, предполагая, что было бы недурственно сперва познакомиться со спутницей своей зазнобы, а потом уже приниматься за допрос последней, пусть и со свидетелями. Никаких ложных надежд на то, что ему ответят на звонок после случайной встречи у него не наблюдалось, а значит ковать надо было пока горячо.

- Вы же не против? - Брайан, не дожидаясь ответа, вполне допуская, что с Тамары станется сообщить, что она вообще ему не рада, подтянул к себе ближайший стул и подсел за столик, с интересом разглядывая обеих посетительниц его любимого заведения. Конечно, встреть он Тамару в одиночестве было бы в разы удобнее, но что поделать.

- У меня на самом деле всего один очень важный вопрос, Тома на него мне ответит и я вас сразу же покину. Так вот, внимание, вопрос: скажи мне, Метаксас, какова вероятность, что ты что-то знаешь про одного уже, к сожалению, прославленного СМИ навязчивого любителя психиатров? - Брайан даже не сомневался, что она точно об этом что-то знает. С ней всегда была как-то так. Она почему-то знала то, что знать ей не должно, но что было гораздо важнее: если вовремя поймать её с поличным и качественно обработать, то она могла быть очень полезна.

+3

5

У Патрисии много выдержки – и, наблюдая за метаморфозами ничуть не хуже тех, что про превращение плоти в камень, только наоборот, она подняла бровь (едва-едва, рисуя на лице вежливую вовлеченность, а не схожий с любовью к сплетням живой интерес), и, ничуть не показывая то, что действительно заинтригована внезапной сменой курса и тем спектром эмоций, которые тенью от облака легко, как ей показалось, промелькнули на лице Тамары, непринужденно ответила:
- Нет, я не в курсе.
Наблюдения утвердили её во мнении, что то, что показалось – не показалось, но невесомая досада, вызванная сменой темы и тем, что обсуждение пациента откладывается, оказалось начисто перечеркнуто внезапным участием в том вихре событий, который грозовым фронтом – так же внезапно, как падает на сухую землю нежданный ливень – накрыл их уютный сумрачный уголок.
Грозовой фронт представился и даже протянул руку для знакомства: всё произошло так стремительно, что она даже не придумала никакой меткой фразы в ответ.
Патрисия ответила на рукопожатие, сильнее сжав пальцы – он-то выдержит, вон, какой крепкий, а уж над столом-то как нависает! Скала! Горная цепь! И вот-вот грозит с неё сорваться обвал. Что бы ни происходило и какому началу это бы ни было развитие, доктору Келли стоит почувствовать малую толику вины за происходящее – неважно, что сама не знала, но невольно она пригласила Тамару под эту грозу, за руку, можно сказать, привела под эту тень горы, спихнула первый камень.
Золотая змея, правда, сама способна за себя отвечать – но это ведь удел слабых, винить друг друга – так что Патрисия, не намереваясь покидать сцену разворачивающихся событий, с льдистым удовольствием осмотрела Мюррея с ног до головы в ответ, без спешки гадая, в чём же спрятан краеугольный камень столь теплой встречи: дела или отношения? Отношения или дела?
- Я не против, присаживайтесь, Брайан. Меня зовут доктор Патрисия Келли… ваше появление такое бурное, прошу, не прекращайте, у вас такой приятный голос. Что до маньяка, мы с доктором Метаксас не в курсе, кто это, однако, хотите, сдадим вам другого? Совершенно сумасшедший тип, навязчивый, как морской прилипала, вредный, как морской черт, а уж жрёт – в три глотки, может, это он ваших психиатров покусал? Запрячьте его в тюрьму или казните, мы будем безмерно благодарны!
Патрисия говорила совершенно серьезным голосом, но её глаза были прищурены, будто смеялись: на самом деле, она не слишком следила за тем, какой степени фантасмагории вплетает в свою речь, важным было сбить гарду с толку, чуть снизить градус накала страстей, почти осязаемым облаком взвившихся над столом, отвлечь хотя бы часть огня на себя.
Она не тешилась надеждами, что попытка будет успешной хотя бы отчасти – но даже малейшая искра недоумения могла стать крошечным призом этого вечера, маленьким шагом навстречу победе по пути к великой цели достичь почетного звания манипулятора поведением людским.
- Как бы оно ни было, Брайан, вы симпатичный человек, и наверняка не будете сейчас ничего разбивать и швыряться предметами? Если мы удовлетворили ваш интерес, то я украду у вас Тамару, у нас с ней есть что обсудить этим вечером. Ты пойдешь со мной, Тамара?
Патрисия дернула уголком губы, рисуя вежливую улыбку и отодвинула стул, положив на столешницу несколько евро.
Потом поднялась, и совершенно по-мужски галантно протянула руку Тамаре: не рисуя прямой намёк, но очерчивая неясную неопределенность истинной цели встречи. Пусть Мюррей чуть собьется с толку, пусть подумает – возможно, этим она успеет спасти свою коллегу от расправы.
А возможно, сделает чуть вечер веселее, что, конечно, будет печально.

+2

6

Отношения с Брайаном Мюрреем были странными. Походили на какие-то дьявольские качели. Вечные выпады, споры, кот, снова споры, вот пришлось лезть в окно. В основном похищение артефакта, который Тамара отдала Тео, и была основной причиной, почему ей сейчас хочется залезть под стол, подергать Патрисию за юбку и сделать вид, что ее тут нет. Но поздно, Мюррей уже видит ее, а потому приходится вцепиться в собственный стул, пытаясь отодвинуться от подошедшего гарда, куда подальше. Это в змеином обличье Томочка была ростом больше двух метров с шикарным хвостом, которым и ушибить не грех, но человеческая природа снабдила ее всего-то каким-то метр шестьдесят с копейками и умопомрачительными шпильками, которые сейчас хотелось вонзить в улыбающуюся харю Брайана.
- Ну что ты, как я могу умереть? Если я перестану приносить кошачью хавку и игрушечных мышей, твой кот сдохнет от голода и тоски.

Ей жутко не комфортно от того, как Брайан нависает над ней, сколько раз просила его так не делать, да кто бы ее слушал, но присутствия духа она не теряет, продолжая гадать, знает ли он, что это она сперла артефакт. Не очень приятное слово, но подходит как нельзя кстати. Под стол все еще хочется, как и пнуть Мюррей каблуком в колено, но стоит предположить, что тогда ей вменяет покушение на жизнь полицейского, а в полицейском баре это в принципе плохо может закончиться.
- Прости, что огорчаю, когда буду умирать, позвоню, чтобы ты был в курсе.
Перепалка набирает обороты, забавно-то как, но все как всегда, некоторые вещи упорно не хотят меняться. Так и хочется спросить, что тебе в этот раз дать, чтоб отстал, Мюррею всегда было легче дать желаемое, чем объяснять, почему не надо, не хочется, не будет. Переживания за судьбу любовницы написаны у гарда прямо на лице, такими большими буквами, что прямо верится, голос лишь выдает и ехидное выражение глаз. Кажется, избивать мужика в два раза больше себя - чистое самоубийство, но сегодня очень хочется, даже больше, чем обычно.

Впрочем, Тамаре везет. Хотя как посмотреть. Брайан не говорит об артефакте, пробуждая закономерное любопытство, он вообще видел пропажу? Но разговор об убийце псиихатров почему-то не приносит успокоения, так как Тома уже понимает, где тут собака порылась, просто не успела сказать Келли до появления гарда. И это очень неудобно, как по ее скромному мнению. Потому, что при Брайане обсуждать то, как она облажалась, хочется еще меньше, чем вообще.
И только тут Ехидна вспоминает, что забыла о правилах приличия, но Патрисия и сама может представиться. Тамара поворачивает голову, заправляет выбившуюся из прически рыжую прядь, как любопытно, как забавно, прямо вот в точку, съешь это, Брайан, жаль, все зря. Она бы с радостью подала Келли руку, даже под страхом того, что гард успеет поймать ее за вторую руку. Но Тамара понимает, что уже поздно, что где-то там бегает маньяк, которого сотворили они с Патрисией, убивает именитых коллег с дипломами, специалистов в психиатрии потому, что обижен на них с Патрисией...
- Гмм... Патрисия, задержись.

Насчет того, что Брайан не будет ничем швыряться, Тамара и не сомневалась, скорее уж она была готова запустить в него пивным стаканом, но вместо этого делает глубокий вдох и предлагает обоим:
- Сядьте. Потому, что этот маньяк, о котором говорит Мюррей, на самом деле наш с тобой пациент. - Что ж ей так не везет, черт бы подрал Брайана со своими вопросами. - Он повадился звонить мне, жаловаться на судьбинушку, но я не все слушала, если честно. Подозреваю, что его надо было бы госпитализировать, но кто ж знал, что он решит собирать подарочный букет из трупов для нас с тобой, Патрисия, в надежде... даже не понимаю на что. Мне все это казалось как-то очень не примечательным, диеты не сводят людей с ума, правильное питание, наоборот, вроде положительно на ум влияет. Но нет, не вышло, получилось все очень странно. В общем, когда ты позвонила, Патрисия, я как раз читала новости и пыталась сопоставить, насколько это все реально. Оказалось - очень даже.
Проблема только в том, что клиническая картина, та, что очень налицо, утверждала - когда пациент, поехавшие крышей, не получит желаемого внимания от своих объектов, он переключится на них уже со всей иной целью. Проще говоря, и сама Тамара, и Патрисия могли стать следующими жертвами голодающего товарища, в чем, конечно, приятного очень мало. И все же это, по мнению Ехидны, не было поводом для откровенности с Брайаном больше того, что уже сказала. Тамара вскинула на него взгляд и вежливо поинтересовалась:
- Все? Мы можем идти? Или еще вопросы? Карту его я пришлю тебе, когда доберусь до офиса. То есть, как можно скорее.
На лице Мюррея читается все, что он думает сейчас о любовнице, на что Томочка задумывается, что вот так и становятся бывшими, неужели, что-то сдвинется в этом замкнутом круге странных отношений, которые по определению здоровыми не были. Ну разве что в те минуты, когда Брайан кормил ее мясом, делал массаж... любой массаж.

+3

7

Наличие людей вокруг и конкретно Патрисии, удивительно крепко для её комплекции пожавшей его руку, вовсе не смущало Брайана и  совершенно не было причиной вести себя с Метаксас, как истинный джентльмен или хотя бы как не чужой её человек, а не как у них было заведено. Вот ещё, обойдётся. В конце концов, если бы её это не устраивало, она бы давно уже перестала его пускать к себе, привечать и вообще обращать внимание. Ну, а раз уж пока не удосужилась - пусть наслаждается.

- Неприятный типчик, судя по вашему описанию, Патрисия. И что же, и впрямь может оказаться маньяком? Я, знаете ли, не знаток психологии, так что поверю вам на слово,- Мюррей держал лицо, соображая насколько реально, что описанный его новой знакомой человек и тот, которого искали, изучая места убийств именитых светил медицины, могли оказаться одной и той же таинственной фигурой. В общем-то, исключительно потому, что несчастный преследовал Тамару и её подружку, Мюррей вполне допускал, что да. И это было более чем прискорбно. И почему только Метаксас не могла быть обычным таким психотерапевтом без вот таких вот особенностей в виде склонных к маниакальному поведению пациентов?..
Риторический вопрос по большому счёту.

- Можешь ограничиться смской, ты же не хочешь, чтобы мой недовольный возглас: "какого чёрта, Тамара?!" был последним, что ты услышишь, верно? - Брайан насмешливо улыбнулся своей любовнице, недовольно постукивая пальцами по массивной столешнице. В общем-то, он бы хотел знать, если ей нужна помощь, вот только не надеялся, что она соизволит уведомить его о подобном казусе, произошедшим с ней. Свободные отношения, чтоб их, не подразумевали подобных совершенно логичных и очевидных коммуникаций между не чужими друг для друга людьми. И если первое время это даже доставляло определённую радость, поскольку позволяло не отвлекаться от горячо любимой работы, то спустя время стало казаться чем-то вроде очередной издёвки. Ну и чёрт с ней, в общем-то. Если понадобится, Мюррей готов был её хоть из-под земли, хоть из гроба достать, отчитать и уведомить, что никто не разрешал ей так бездарно умирать. Даже если это был её гениальный план по вычёркиванию его из её чересчур богатой на сомнительные события и знакомства жизни - ему плевать. Он против.

- Ну что вы, Патрисия, я достаточно хорошо воспитан, чтобы избежать подобных некрасивых сцен,- Брайан бросаться вещами не планировал и почувствовал себя самую малость задетым подобными гнусными инсинуациями, но заверив Келли, что ничего такого в самом деле делать не будет, замолк, переведя недовольный и цепкий взгляд на свою любовницу. Неужто и впрямь встанет следом, принимая поданную руку и уйдёт? Жалость-то какая. Впрочем, и впрямь неудачное стечение обстоятельств. У Брайана ведь были ещё вопрос, просто их он пока не смог переформулировать так, чтобы они не выглядели как несанкционированный допрос в компании женщины, явно к подобным сложным отношениям гарды и её подруги не подготовленной.
И Метаксас как обычно его удивила, за что и получила в ответ на своё предложение задержаться, невольно вскинутую бровь Мюррея, явно дающую понять, что он более чем заинтригован её желанием пообщаться с ним подольше. Неожиданная щедрость, ей-богу.

- Всегда знал, что ты настоящий профессионал, Тамара,- психотерапевт, который толком не слушает своего пациента - это прекрасно. Это очередной повод для шуток сомнительного качества, но это всё потом. Где-то после очередного спора, ссоры, шпильки про несчастного кота, который вовсе и не такой уж страдалец. А пока Мюррей зацепился за более важные детали вроде тех, что явно намекали, что Патрисия с Тамарой вполне могли оказаться следующими, раз уж на букет из трупов они с должным восторгом не отреагировали. И это Брайану уже не понравилось. Быстро сложив два и два, получив в результате искомый икс, Мюррей цокнул языком и, опасно доброжелательно улыбаясь, перевёл взгляд с Тамары на Патрисию и обратно. Пожалуй, не стоит этим прекрасным дамам разгуливать по Дублину в одиночестве. Совершенно точно не стоит, ведь если Метаксас пришьёт какой-нибудь маньяк, Мюррей будет расстроен, ей, конечно, плевать, но ему то нет. У него совершенно нет времени искать себе другую любовницу, тем более, что Тамара его более чем устраивала, не смотря на все шероховатости их союза.

- Боюсь, что вынужден тебя, нет, вас разочаровать. Я бы попросил вас обеих проследовать со мной в офис к Метаксас, изучить досье, поболтать о досаждающем вам пациенте и заодно не допустить вашей скоропостижной смерти от рук маньяка, если это и впрямь он. Этот город и так лишился слишком большого количества светил медицины,- Брайан поднялся, шумно отодвинув стул и опёрся на столешницу, снова нависая грозовой тучей над женщинами, одним взглядом рассказывая Тамаре, что он ни хрена не удивлён, но очень-очень недоволен и исключительно вежливо улыбаясь ни в чём невиновной перед ним Патрисии. Ну хоть кто-то здесь был похож на жертву, впрочем, это стоило сперва проверить. - Никакие возражения не принимаю. Я при исполнении, а вы обе ценные свидетельницы и потенциальные следующие трупы в морге. Так что пойдёмте к моей машине, а по пути можете начать рассказывать мне детали вашего знакомства с пациентом, особенности, что-то за что можно и стоит зацепиться.

[nick]Brian Murray[/nick][icon]https://i.imgur.com/qXVdq2y.png[/icon]

+3

8

Патрисия едва слышно вздохнула: час от часу не легче. Неожиданные выводы Тамары её огорошили и выбили из колеи, так что на последующие действия Брайана она реагировала чуть менее бурно, чем могла и чем хотелось бы – ну вот что удумал, вечером-то беседовать о подобных вещах. Хотя, может, офицер гарды побудет настоящим ирландцем и предложит дамам гиннесса со смородиновым джемом?
- Ты точно уверена, Тамара? – спокойно переспросила она, опускаясь назад на стул и переводя взгляд с одного собеседника на другого, а потом обратно.
Мысли текли быстро, и сбивчиво, путаясь друг за друга, как ветки в горной реке, напитанной неожиданными ливнями: анализируя происходившее на сеансах работы с клиентом, Патрисия запоздало очерчивала его странности, глядя на них теперь под другим углом. Да, это могло бы быть, и это тоже, и его странности, когда смотришь на них так, представлялись звоночками настоящих психозов, которые доктор Келли, будучи профаном-любителем в области психологии, не распознала вовремя, не диагностировала верно; и его образ теперь представлялся мрачным, возвышался в воспоминаниях в тёмном свете. Запоздало подсознание подсказывало – были звоночки и тут, и там, и по хребту невольно пробежали мурашки: они с Тамарой ведь все это время ходили по грани!
Патрисия передернула плечами.
- Хорошо, офицер. Хорошо. Я согласна, хотя едва ли мои свидетельства могут чего-то стоить, - задумчиво ответила она, в свою очередь тоже подчеркнуто вежливо глядя Мюррею прямо в глаза и напрочь игнорируя любые другие нюансы их с Тамарой общения: личное пусть остается личным, и даже если обстоятельства сделали из неё случайного, невольного свидетеля этому личному, она не даст повода относиться к себе как-то непорядочно. Возможно, потом как-нибудь спросит коллегу чуть подробнее, если они все-таки выпьют пива и перейдут на более неформальное общение, но это сближение произойдет не сегодня, нет – Патрисии кажется, что сегодня любые расспросы могут принести вред, и если даже её собеседница сделает вид, что всё в порядке, это может быть совсем не так.
Мюррей – какая-то слишком горячая штука. Буйный, что твои осенние шторма, когда на остров опускается смена сезона.
Надежду внушал тот факт, что он собирался с ними беседовать не в участке в компании коллег, наручников и прочих приятных взгляду опытного фетишиста предметов, а в офисе у Тамары – может, побеседуют с четверть часа, а потом он приставит к дамам охрану из числа мужественных офицеров и все мирно разойдутся по домам.
Патрисия поднялась во второй раз – надеясь, что этот второй раз будет более успешным – и, давая всем своим видом понять, что настроена миролюбиво и собирается отдаться на волю волны, и плыть по течению туда, куда отнесут её все шторма этого вечера, сделала несколько шагов в сторону выхода.

На их совместную милую перепалку не очень-то многие и обратили внимание – конечно, в внимательности офицеров гарды не приходилось сомневаться, но они, даже если что-то слышали, предпочли выглядеть тактичными – и потому уход тоже не слишком-то привлекал внимание. Патрисия в ожидании бравого владельца машины помешкала на пороге, поправляя задник туфелек и примаргиваясь к воцарившейся снаружи темноте – кое-где её рассекали острые, лохмато искрящиеся лучи уличных фонарей. К ночи на город опустился едва ощутимый туман, а в воздухе стыл запах какой-то неуместно осенней для июля горечи, будто где-то неподалеку в обход любого здравого смысла жгли сухие листья, и отражавшиеся в луже огоньки и легкий шелест падающих капель…
Доктор Келли, осторожно разогнувшись, замерла. Днём не было дождя, и едва ли за то недолгое время, пока они сначала с Тамарой, а потом и с Брайаном, общались, небо успело бы затянуться достаточно низкими облаками, да и прогноз погоды говорил о том, что в ближайшую неделю осадков ждать не стоит. И тем страннее казалась лужа, слишком темная в лучах холодно-белого уличного фонаря, вытекающая откуда-то из-за не менее темных кустов.
И там, в темноте, что-то капало.
Это глупости, попыталась убедить она сама себя. Наверное, чей-то бензин протек из бака, и стоило бы найти машину и оставить записку, но, внутренне перепуганная рассуждениями о маньяке, она бы ни за что сейчас не пошла в темные заросли. Для того, чтоб сделать первый шаг по ступенькам, ей потребовалось собрать все свое мужество и вспомнить, что вместе с ними сейчас – самый настоящий офицер гарды, притом наверняка с оружием, так что всё будет хорошо. Это глупости.
И движение в кустах ей тоже показалось.
Патрисия открыла было рот, чтобы, не оглядываясь, позвать спокойным собранным тоном Брайана и объяснить ему, что ей что-то там кажется и пусть сходит, посмотрит, что там в кустах, как из темноты откуда-то слева послышался вкрадчивый, томный голос, тембр которого был ей хорошо знаком.
- Доктор Келли!
Он вынырнул из полумрака, как кобра, зачем-то вытирая руки тряпкой, и в этой темноте можно было различить только отблеск на металлической дужке очков и радушную, широкую улыбку, лишенную даже намека на симпатию, как обычно.
Пациент.
- Какая удача, что я вас тут случайно встретил! О, и доктор Метаксас! Вы тоже тут! Какая удача!
Патрисия сглотнула, усилием воли переводя взгляд ниже – на тряпку.
Тряпка была вся в тёмных пятнах.
На бензин это совершенно не походило, а в ноздри бросился острый, металлический запах, слишком хорошо ей знакомый.

+2

9

В глубине души - очень-очень глубоко на самом деле - Тамара была признательна за то, что Мюррей своим существованием делал ее жизнь пятисотлетней старушки очень разнообразной, замечательной, прекрасной, великолепной, в общем, еще сотня эпитетов, которые она бы сейчас не вспомнила. Но это все и правда было очень глубоко, поэтому Томочка ни звуком, ни движением не давала никогда это Мюррею понять.
И все еще хотела плюнуть ему ядом.

По большому счету, Метаксас уважала Брайана. Он был хорошим парнем, главное, он был честным парнем. Избрал идею защиты слабых, всегда придерживался ее, честный и хороший гард, таких на самом деле немного, жизнь такая, она меняла людей, а честь свою Мюррей берег. И все же, сейчас, ей очень хотелось стукнуть его бокалом пива, вогнать каблук куда-нибудь в мягкие ткани и ускакать из паба, не оглядываясь. Потому, что он даже ее смски не заслуживал с припиской "я умерла, корми кота".
Дался ей тот кот. Что сказать, существа тоже обладали собственной психологией, во многом были похожи на людей, а циклились на мелочах вообще так прекрасно, что сразу жить страшно становилось. Вот и Тома - тоже циклилась.

- Ты точно не знаток психологии, - ворчит Ехидна, бросая взгляд на Келли, в котором при особом желании можно прочесть извинение. Но это надо на самом деле обладать очень хорошим воображением. - Что тебе сказать, ты вот вообще не смог даже приблизиться к имени маньяка и мог бы еще несколько дней наматывать круги вокруг него, - фыркает она сердито, уже разочаровываясь в собственных благих намерениях, уж лучше бы ушла, цепляясь за руку Патрисии. От чего-то захотелось то ли закурить, желательно косячок, то ли выпить, что-то да покрепче, может, тогда станет на по фиг на этого красавца, который все еще пытается над ней нависать. Тоскливая мысль о своих собственных двух с половиной метров... или нет, даже трех, возникает в голове, но вряд ли это одобрит СБС, а не ей теперь нарушать установленные правила.
Задушила бы в объятиях от всей своей любви.

Нет, ну конечно, рассчитывать на то, что Мюррей вот так просто скажет "да, красотки, валите к черту, жду завтра новостей", было глупо. И в чем себе все же не отказала Тамара, так это пнуть его носком туфли по голени, пнуть больно, при этом сохранив невозмутимое выражение лица. Вернее, слегка кислое, но выбирать не приходится.
- Хорошо. Только на все это у нас пара часов, потому ты уберешься из моей жизни, прихватив с собой маньяка, иначе сдам тебя ему и повяжу еще ленточкой, - шипит Тамара, бросая несколько купюр на стол. - Прости, Патрисия, мне правда жаль твой испорченный вечер, в следующий раз пойдем в другой паб.

Тома задержалась у столика, подбирая сумку, бросая телефон и ощущая острый взгляд гарда, обещающий все варианты смертной казни, если она будет продолжать испытывать и без того не ангельское терпение Мюррея. Она фыркает. У ангелов с терпением тоже не лучшим образом, ей ли не знать, но расскажи она кому-нибудь из местных богобоязненных католиков, которых тут был весь паб, ее сожгут на костре, как ведьму, хотя таковой она точно не была.
И тут ее внезапно накрывает. Благо, не сильно, не перегибая палку, оставляя Тамару на ногах, но все же вынуждая ухватиться за край стола. Видение вышло очень коротким, очень сумбурным, и не разобрать в чем дело, но явно намекало на то, что что-то будет. Ехидна резко разворачивается на каблуках и спешит за Келли, радуясь, что и правда повезло, не упала в обморок, как часто бывает, а то было бы неловко изъясняться с Мюрреем. Но стоило только упасть в объятия вечера, как ее сразу начинает подташнивать, железистый запах крови раздражает змеиное обоняние, Тамара останавливается у плеча Патрисии:
- Что за... - а потом все почти становится на свои места. - О как. Ну, добрый вечер, коль не шутите.
Интересно, совсем крыша поехала? Явиться под полицейский паб?

Тряпка и запах навязчиво намекают на то, что где-то там есть очередная жертва самоуправства несчастного маньяка. А Тамара думает о том, что надо его увести подальше, пока не начались разборки прямо тут. За спиной возникает массивная фигура Брайана, Тома бросает на него взгляд, предостерегающий, в надежде, что он поймет, а не пустит по боку это.
- Случайности такие случайности. Ну раз встретились, мистер Джонас, то, может, составите нам с Патрисией и моим другом компанию в веселой поездке? Поговорим, выпьем кофе в приватной обстановке? - Тома делает шаг вперед, протягивает руку, предлагая проявить доверие. Джонас не дурак, но она видит это, видит, что он все еще во власти совершенного убийства, и ей хочется спросить, где труп, а может все еще не труп, и кого-то они смогут спасти.

+3

10

Спокойствие Патрисии Мюррея устраивало гораздо больше, чем кислое выражение лица Тамары и её чересчур явное неодобрение его присутствия. В самом деле, как будто он был виноват в том, что их разговор начался с не самых приятных для обеих сторон разговоров. Он может быть хотел мира и спокойствия в их союзе, прийти, например, вечером к ней, в очередной раз удивиться, что ему открыли дверь, обнять и не говорить про работу. Может быть даже сказать, что-нибудь лестное, в конце концов. Но не он из них двоих ушёл в глубокую несознанку и притворялся мёртвым, так что по большому счёту это ему здесь ворчать и пребывать в плохом настроении, а не как не Тамаре. Впрочем, когда её волновала логика? Да и в конце концов он всего-навсего хотел уберечь двух женщин от одного не самого вменяемого маньяка. Вёл себя практически как джентльмен и даже следил за выражениями, стараясь не слишком-то компрометировать Метаксас в глазах её подруги и коллеги. И болезненного пинка под колено явно не заслужил. О чём и говорил его недовольный, во многом возмущённый взгляд, адресованный Тамаре. Если бы не наличие Келли рядом и полный бар его коллег, в общем-то, частично знакомых с его нравом, он бы обязательно уточнил какого хрена, но был вынужден промолчать, пытаясь скрыть своё негодование кривенькой улыбочкой.
Он ещё обсудит с ней её вопиющее хамство, но позже. Наедине.

Задержавшись у столика в ожидании пока Метаксас направится следом за Патрисией к выходу, чтобы быть уверенным, что она не попытается снова провалиться сквозь землю, притворившись его больной фантазией. Перестать при этом одним лишь взглядом, молча, обещать ей страшную месть за её поведение было выше его сил, да и смысл? Слишком давно они знакомы, чтобы пытаться скрыть что-то столь очевидное. И без взгляда бы сама догадалась. Наверное. Мюррею хотелось верить, что он прав по крайней мере. Дурой Метаксас точно не была, иначе он бы давно уже сдался и прекратил свои попытки как-то на неё повлиять и убедить не влезать во всякие сомнительные делишки и обрёк кота на отсутствие женской заботы.
Брайан проводил Тамару, только что схватившуюся за стол как за лучшую опору, и тут же устремившуюся прочь долгим взглядом и последовал за ней, коротко кивая коллегам, вяло прощавшимся с ним. Что-то здесь не чисто.

Вечер перестал быть томным, стоило выйти из паба. Брайан замер за спиной Метаксас, напряженно вглядываясь в незнакомца и осознавая, что пахнет кровью. Этот запах он, к сожалению, отлично знал. Тут же потянувшись за табельным оружием, Мюррей замер, не решаясь начать действовать по инструкции. Мужчина явился по душу Метаксас и Келли - это очевидно. Вот только тряпка, с которой тяжелыми каплями на асфальт ниспадала чья-то кровь наводила на мысль, что он уже успел покуролесить. И если его сейчас связать и проводить дознавание по всем правилам, то его жертва может за это время умереть, если она, конечно ещё жива. Жива ли? Брайан нахмурился ещё больше, делая аккуратный мелкий шаг для того, чтобы оказаться натурально за плечом у Тамары, слегка нависая над ней.

- Даже не знаю, я рассчитывал исключительно на вашу с Патрисией компанию. К чему нам кто-то ещё?
Голос мистера Джонаса звенел от переполнявших его эмоций и налипшая на его лицо ухмылочка так и подмывала Мюррея выйти вперёд, отодвинув и Патрисию, и Тамару и провести всё же задержание. Но жертва, чёрт, жертва. Брайан не хотя опустил руку, уже почти заведенную за спину, постаравшись придать своему лицу максимально нейтральное выражение. Женщины явно не испугались, но напряглись - это хорошо. Так лучше. А вот парень явно был не в себе и это.. может быть им на руку.

- Не беспокойтесь, мистер Джонас, я не помешаю,- Мюррей, покрепче сцепив зубы, мрачно наблюдал как их новоявленный маньяк с безумной улыбкой и затянутым поволокой вседозволенности взглядом, доверчиво протянул руку к Тамаре, касаясь её. Вот же женщина-беда, всё ей нужно вляпаться во что-нибудь и почему ей не сидится спокойно в её кабинете без происшествий?!

- Зачем же нам куда-то ехать? Я хотел показать вам кое-что прекрасное здесь, совсем рядом. Вы же не против? Доктор Келли?

Мюррей был против, но промолчал. С ним одним этот больной ублюдок не пойдёт, так что избавить Келли с Метаксас от сомнительного развлечения не получится. И как только этому психу в голову пришло прийти к пабу, который давным-давно облюбовали гарды? Совсем крышей поехал что ли? Риторический в принципе вопрос.
Брайан едва ощутимо коснулся рукой плеча Тамары, выражая поддержку и готовность в кои-то веки поступить не по инструкции, стараясь не привлекать внимания Джонаса этим по сути своей интимным жестом. Обозначив свою неприемлимую во многом позицию и понимая, что в случае агрессии со стороны Джонаса ему придётся несладко, Мюррей сделал шаг в сторону, так чтобы оказаться между обеими своими спутницами, продолжая мирно улыбаться и внимательно следить за каждым жестом жертвы его пристального внимания. Удержать за зубами предложение убрать руку было особенно сложно. У Келли он, к сожалению, мог лишь взглядом уточнить в порядке ли она и готова ли к сомнительному эксперименту.

- Мистер Джонас, так чего же мы тогда ещё стоим здесь, если вам есть, что нам показать?[nick]Brian Murray[/nick][icon]https://i.imgur.com/qXVdq2y.png[/icon]

+3

11

Тамара чувствует спиной Брайана, он явно переместился к ней поближе, от чего хочется оглянуться и проверить, так ли это. Но она не отрывает взгляд от пациента, пытаясь просчитать ожидаемые реакции, кинется на них с Келли сразу или потом, когда лопнет терпение.
Голос позади подтверждает догадки Томы. Она вздрагивает, но лицо остается маской спокойствия. Чувствует волнение Патрисии, но и на это старается не реагировать. Джонас явно недоволен присутствие Мюррея, чему Тома не удивлена. Если его целью были они с Келли, как его лечащие врачи, то гард будет только мешать, а потому должен будет стать первой жертвой. Впрочем, жертвой Мюррей точно не выглядит, и никакая фантазия Ехидны, достаточно буйная по жизни, не сможет нарисовать подобной картинки.
- Нет, конечно, не против, мы с радостью посмотрим на то, что вы нам хотите показать, правда, Тамара?
Тома улыбается блаженной и радостной улыбкой:
- Конечно, правда. Но думаю, мистер Мюррей прекрасно дополнит нашу компанию. Я не могу позволить ему остаться без присмотра. Понимаете, мистер Джонас, у мистера Мюррея очень редкий диагноз, синдром Адели, и вы, как человек, который посещал наши сеансы, должны понимать, что ему очень нужна помощь.

Джонас задумывается, и на миг Томе кажется, что он уловит ее фальш и ложь, но нет, Джонас расплывается в улыбке, смотрит понимающе на Брайана и кивает:
- Да. Да, конечно. Пойдемте.
Конечно, психиатры не должны как на духу выкладывать проблемы своих пациентов посторонним людям, но в конечном счете, сейчас Джонас не так внимателен, не цепляется к деталям, и ведет их в сторону от паба. А Тома в эту минуту прямо чувствует, как Мюррей жаждет задать вопрос, каким диагнозом наградила его любезная любовница. Синдром Адели и правда редкая болезнь, Метаксас не солгала в этом, навязчивое состояние патологической любовной привязанности. Хм... нет, конечно, ничего подобного у гарда не было, хотя как объяснить тот факт, что он все еще не бросил или не попытался придушить любовницу, видимо, привязанность имеет место быть, а вот насколько патологическая, Тамара не жаждала типировать.
Как бы невинная фраза не стала нести смысловую нагрузку, не дай-то бог.

- Куда он нас ведет? - Впорос Патрисии застает Тамару врасплох.
Она качает головой.
- Не знаю. Я не частый гость в этом районе.
Впрочем, через несколько минут они сворачивают в темный переулок, Джонас тянется к какой-то двери, которую открываем своим ключом, толкает и предлагает войти:
- После вас.

Из темного зева коридора тянет смертью. Тамара даже отшатывается назад на шаг, к горлу подкатывает тошнота. Этот запаха Ехидна ни с чем не спутает, никогда, за столько лет она достаточно смертей видела, чтобы не ошибаться. Но Джонас ждет, и ей придется сделать этот шаг. Тамара ступает в полумрак узкого пространства, слабо освещенного лампой в дальнем его конце. Заброшенная квартира или что-то такое? Нет, путь ведет вниз, в подвал, вот только этого еще не хватало. Интересно, он что, кого-то еще притащил и решил убить? Или там есть еще живые?
Позади шаги, хлопок двери, щелчок, Тамара закусывает губу, с последней ступеньки делая шаг в подвал. Электрический свет по мановению руки Джонаса заливает подвал, выхватывая из полумрака труп на полу, и мужчину, привязанного веревкой к потолочной балке. Тамара инстинктивно бросается к телу - женщина, на первый взгляд знакомая. На второй тоже, это ушедшая от Джонаса жена. И почти сразу Ехидна понимает - она уже мертва.

+2


Вы здесь » Godless » real time » [05.07.2018] Подарочный букет из трупов