Godless

Объявление

-Интересная машина лисапед-жопа едет, ноги нет, - демон громко захлопнул учебник с бреднями Дарвина, - Вот скажи мне, брат, чего им еще надо? Сделаны по образу отца, одарены считай, что на халяву, куча братьев горой стоит за эту свору. Даже нашу скамейку от трона двинули, чтоб не мешались в бурной любви к человечкам. За последнее не осуждаю, чей мир, того и правила, но... Зная, что их таблище - осколок Его совершенства, выводить свой род от обезьяны, это вообще что?
В игре: ДУБЛИН, 2018. ПОШУМИМ, ЁПТА!

Порталы ждут своих смельчаков!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Godless » flash » [14.10.2015] Light. Camera. Motor.


[14.10.2015] Light. Camera. Motor.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

[epi]СВЕТ. КАМЕРА. МОТОР. 14.10.2015
Nyarlathotep & Uriel
http://forumfiles.ru/files/0019/a2/29/60419.png
https://b.radikal.ru/b22/1809/64/ed8d3745b299.gif  https://78.media.tumblr.com/4ed32ee1d8be33cb94e311bb45825b89/tumblr_nj1zb8WSby1sdqe8po7_250.gif
Джонатан работает «фотографом на дому» уже на протяжении двух с половиной лет, Эдвин неплохой скульптор и художник, а выставка есть выставка, там им обоим найдётся место и своя работа. Но Уриил не может противиться своей архангельской натуре, а потому сразу же начинает действовать, только почувствовав рядом с собой другое существо. Только так, аккуратненько, чтобы никто не заметил.[/epi]

+3

2

Эдвин любил выставки, особенно если они демонстрировали его работы. Выставка - хороший шанс найти новых заказчиков, а то и спонсоров - ценителей современного искусства. Его картины все были очень странные, но всегда собирали вокруг себя публику. Благодаря энергетике, вложенной в каждый мазок. Некоторые из них пугали и приводили в восторг любителей пощекотать себе нервы. Иные обладали, напротив, аттрактивными свойствами и некоторые подсаживались на них, словно наркоманы, не мысля своей жизни без созерцания этого кусочка искусства. В общем, выставки - это прекрасно. Это интересно и прибыльно, так что ни одна выставка в Дублине, а порой и в иных ближних городах, не обходилась без присутствия господина МакЛафлина.

Он как всегда был эпатажен. Кричаще-алый комзол, расшитый золотом, прямо на голое тело, распахнутый и демонстрирующий поджарый торс художника. Красно-белые расклешенные штаны в полоску и любимые сапоги на толстенной подошве с обилием цепочек и заклепок - Ньярлатотеп сегодня выглядел ярко, заметно, его было видно издалека. И надо сказать, весьма стильно он был приодет. Фанатки его творчества (а может, его милой мордашки) так и пищали от восторга, пробираясь к своему идолу, чтобы получить персональное приветствие и автограф.

О да, то что нужно для почесывания своего непомерного эго. Ньярлатотеп получал ни с чем не сравнимый кайф, когда был в центре внимания. Он затмевал собой даже остальных, более скромных художников, которые прибыли на эту же выставку. Ярко-алое пятно, красный ошейник с шипами, подведенные черным глаза и собранный в хвост волосы. Он блистал.

Стоя рядом с одной из своих картин, он раздавал автографы желающим и улыбался, давал интервью журналистам, рассказывал о своем творчестве и о всем прочем, он впечатлениях о выставке, он скульптурах, которые так же привез сюда.
А потом пасся у стола со сладостями, потому что в мире не было такого второго сладкоежки, он же был готов постоянно питаться сахаром, и при этом не толстел, оставаясь по фигуре всё тем же анорексиком.

В общем и целом, он отлично проводил время.

А тут еще и прочие любители прикоснуться к прекрасному, фотографы, и мерцали вспышки камер, запечатлевая и его, и его произведения искусства. А об оном он мог говорить очень долго, так что не стеснялся отвечать на вопросы.
Пусть спрашивают, а он будет отвечать, он всегда за это, и любил,к огда на него обращают внимание. Прекрасно.

И пирожные на шведском столе - тоже прекрасные. Вкусные, сладкие, так что Ньярл сделал еще один подход к ним и застрял у стола, набирая себе сладенького побольше.
Больше сладкого богу сладкого!
Время проводилось весело и незаметно, а пирожные поглощались одно за другим.
Держа в руке кремовую корзинку, он вернулся к своему уголку, где выставлялись картины и скульптуры - странные уродцы неизведанных форм, подтеки краски, инсталляции из всяческих материалов.
Он был абстракционистом, сюрреалистом, и творчество у него было именно такое.

Остановившись у одной из картин, он переводил дух и кусал кремовую корзинку, побрякивая многочисленными браслетами на запястьях.
Всё только начинается и сегодня должен быть отличный денек.

+3

3

Таким как Уриэль не требовалась работа для того, чтобы не умереть с голода, им требовались деньги только ради того, чтобы иметь возможность где-то жить. Архангел избегал предложений о продаже квартиры, находясь в полной уверенности того, что это не нужно, всего лишь пустая трата времени, ведь гораздо проще и быстрее жильё снимать. В его случае так точно, поскольку крылатый имел дурную привычку скакать с места на место, меняя обстановку вокруг себя. Он мог сорваться в один момент и перебраться в другой город, к примеру, чтобы обосноваться там всего лишь на месяц или два, максимум три, после двигался дальше, либо возвращался обратно. Он уже пытался найти логичное объяснение таким своим «скачкам», но в итоге просто оставил это дело, ссылаясь на собственные желание. Да и в этом была доля истины. Он просто не мог постоянно находиться в одном месте, это, как говорят люди, действовало на нервы.

Перед ним был большой выбор, чем можно заниматься на досуге, получая при этом ещё и какие-то деньги. Да, не особенно много, но на оплату квартиры всегда хватало, а это самое главное. Ещё пару лет назад выбор Джона пал на фотографии. Способность запечатлеть тот или иной момент/пейзаж на специальной бумаге казалась интересной и полезной. Из памяти с годами может что-то пропадать, но фотография может жить вечно, если её правильно хранить. Или всё-таки у неё был свой срок годности?.. В любом случае, на одну человеческую жизнь точно хватит. Воспоминания всегда полезны, некоторые из них даже имеют какую-то необыкновенную силу исцелять или, к примеру, работать мотиватором.

Существовали такие газеты, которые нанимали фотографов для того, чтобы они провели одну-две съёмки без возможности взять кого-либо в штаб. Уриил занимался как раз именно этим. Он выискивал подходящие объявления (или составлял своё собственное), связывался с редакцией и уже после договаривался о небольшой встрече, чтобы продемонстрировать свои работы, дабы убедить людей в полезности своих навыков. Что может сделать хорошие фотографии, которые сгодятся для газеты/журнала/новостной статьи на сайте, а не просто купил камеру и теперь кичится этим, находясь в поиске простых денег. Против такой процедуры ничего не имел, это было правильно. Да и забавно наблюдать за людьми и за тем, как они меняются в лице, проявляют внимательность и расторопность, когда дело касается чего-то ценного: имиджа личного или своего места работы и того, что могло бы стоить немного больше, чем пачка чипсов в магазине.

Появился вполне логичный вопрос: а кто сияет больше? На этот раз нужно было посетить выставку, заснять экспонаты и самих творцов. Но казалось, что авторы светятся гораздо сильнее картин, написанных маслом. Невооружённым глазом была заметна излучающаяся гордость, а в некоторых случаях и самолюбование, позирование перед камерами, так как здесь было немало фотографов из других изданий, а плюсом ко всему прочему ещё и репортёры светили микрофонами, выискивая взглядом потенциальную жертву для короткого интервью.
Сделав несколько снимков разных скульптур, архангел цокнул языком, подходя теперь к картинам. Было не так просто поймать хороший кадр, потому что посетители продолжали сновать туда-сюда, не обращая внимания на работников. Можно было бы не обращать на это внимание, но фотокамера, увы, не могла просто «удалить» полностью какой-либо объект из своего поля зрения.

Интересный факт: нечисть тоже тянется к искусству. Это любопытно, особенно если учитывать тот факт, что здесь подобных существ было не так много. Значит, это не какое-то запланированное сборище, а вполне понятное стремление. За последнее время архангел встречал на своём пути рекордное количество адских созданий, которые вели себя тише воды и ниже травы. Ещё тогда это показалось чем-то странным и вызывающим подозрения. Может, здесь всё не просто так?
Хмыкнув и повесив камеру на шею с помощью специального ремешка, парень двинулся вперёд, заведя руки за спину, пристально рассматривая картины, одну за другой, не останавливаясь, вышагивая медленно, но уверенно.
— Неплохая картина, верно? — как бы невзначай начал Джонатан, останавливаясь недалеко от человека с пирожным в руке. Архангел точно знал, кто это, но незнакомец в свою очередь навряд ли смог бы что-то заподозрить так быстро. Не сказать, что Уриил умел «скрывать» свою сущность, но зато мог, что называется, бросать песок в глаза, чтобы в нужный момент не так сильно выделяться на фоне всех остальных. С правой стороны прямо за кармашек цеплялся небольшой бейджик с напечатанным именем, фамилией, должностью и названием газеты. Временная необходимая мера, чтобы иметь возможность делать снимки, так как просто посетителем фотографировать экспонаты запрещалось.

+2

4

Эдвин и впрямь сиял на своей выставке. Он вообще любил выставки - такой отличный шанс покрасоваться и продать пару-другую картин. А еще он любил фуршеты на выставках, особенно сладкие столы. Его было не отнять от этого дела, поэтому он всегда выбирал местечко поближе к сладкому столу, так как сладкое для него было всё равно,ч то наркотик. Итак, он расположился рядом со столом и лопал пирожные, поглядывая в сторону своих картин. Они всегда собирали аншлаги, потому что он использовал необычные техники рисования, к примеру акварель по мокрому листу, или же использование губок вместе кистей. Получалось эффектно, интересно, ну а сюжеты картин - и того лучше. Они всегда были разные и довольно... странные, как и их названия.

Один из фотографов, похоже, заинтересовался одной из картин и Эдвин развернулся к нему, держа пирожное в руках. Он не изучал здесь никого, а зачем. Поэтому в голову журналисту тоже лезть не стал, и он для него оставался обычным человеком. Откусив пирожное, Эдвин улыбнулся белозубо и кивнул.

- Путешествие сквозь время, - отозвался он. Картина чем-то была похожа на знаменитую картину Дали с текучими часами, но все же отличалась. Там были часы, а так же космические просторы. Космос вообще был одной из излюбленных тем для рисования у господина МакЛафлина. Он часто рисовал его, рисовал по всякому, некоторые пейзажи беря прямо из своей головы, из воспоминаний точнее. Были там и его родные звездные пустоши, и даже существа, основанные на его Отце. В общем, богатая почва для рисования, это ему нравилось.

- А вы ценитель, - он тихо рассмеялся и откусил пирожное, - Вот здесь все картины мои. К слову! Будем знакомы, я - Эдвин МакЛафлин, возможно вы обо мне слышали.

Не слышать об этом художнике мог только глухой. Эдвин МакЛафлин славился не только своим искусством, но и многими перфомансами, а так же странным поведением и прогрессирующим сумасшествием. Про него было много сюжетов, и велись порой дебаты на тему того - действительно ли он сумасшедший, либо же это лишь эпатаж на публику. Хотя учитывая, сколько раз он лечился в психиатрической больнице - он точно был не от мира сего, определенно.
Словом, местный блаженный. Он обычно был безобидным, поэтому его никогда не запирали надолго. И он быстренько выходил, чтобы продолжать чудить.

- Вот здесь картины, здесь скульптуры, - он махнул рукой, - Очень мило, что вы подошли, я люблю журналистов. Хотите взять интервью или что-то вроде? Фотографируйте, не стесняйтесь. Я должен затмить на этой выставке всех!
Он вновь улыбнулся и подмигнул темным глазом. Такое яркое пятно здесь. Большинство художников предпочитали темные цвета в одежде, строгие водолазки черного цвета, обычные джинсы. Так что он и впрямь сиял своим красным камзолом и красно-белыми штанами.

Ему так нравилось.

+2

5

Уриил давно начал замечать странную особенность. Кто-то из потусторонних существ всячески скрывал самого себя, стараясь не выделяться из толпы, как-то «блокировал» собственные способности и умения в слепой надежде на то, что это поможет уберечь их от неминуемой встречи с собратьями, а другие же в свою очередь пользовались другой логикой. «Если хочешь что-то спрятать — положи на самое видное место». С одной стороны, способ и правда не самый плохой, в какой-то момент даже рабочий, так как навряд ли станут искать там, где место самое очевидное, но с другой.. а всегда ли получается? Что касаемо Эдвина, то он явно пользовался вторым вариантом. Не старался как-то прятать себя, наоборот, буквально сверкал и сиял. Не даром самыми яркими звёздами на небосводе чаще всего интересуются люди, указывая в первую очередь на них. Они умело привлекают внимание. Но некоторые из них также быстро забываются, а образ практически мгновенно стирается из памяти и теряется в её закоулках.
— Очень подходящее название, — кивает Джон, не без интереса рассматривая картину. Нет, ему правда было любопытно, ко всему прочему, творения необычные, тут не соврал, красиво и стояще. За это и можно было любить выставки. Тут для каждого найдётся что-то по душе. И тебе портреты, и натюрморты, работы знаменитых и не очень маринистов, прочее-прочее. Абстракция чаще всего была в центре внимания, все как будто сговорились и пытались найти собственный смысл в замысловатых вихрах и разводах.

— Я бы так не сказал, — хмыкнул архангел, тоже немного поворачивая корпус. Вот уж кем-кем, а ценителем картин точно считаться не мог. Или это было сказано не.. ох, многое ещё придётся наверстать, чтобы правильно понимать сказанное другими. — Нет, не слышал, — выдерживая паузу, словно желая посмотреть на реакцию нового знакомого, — но читал. Кажется, в одном из журналов, я выписываю, — приподнимая уголки губ и слегка щурясь. Однако привычная лёгкая растерянность по-прежнему не сходила с лица. Кажется, что она постоянно преследовала Уриила, не желая отпускать из своих цепких лап. — Кажется, там писали, что Вы очень талантливы как художник и как медийная личность, — впрочем, здесь тоже не соврал, как ни странно. Ну, не во всём, по крайней мере. Никаких газет/журналов не выписывает, однако парочку статеек и правда почитал. Намеренно шерстил интернет перед тем, как прийти сюда, чтобы иметь хоть какое-то представление и в один момент не показаться абсолютно невежливым. Не прогадал, хоть какие-то знания, представления о ситуации и правда  помогали делу.

— Ох, нет-нет, — проследив цепким взглядом за жестом руки, делая несколько шагов вперёд, подходя поближе и немного наклоняясь, подгибая колени, чтобы выбрать более удобный ракурс для снимка. Так, ещё одна скульптура более-менее нормально запечатлена на плёнке. — Я не журналист, не пишу статьи, просто фотограф. Увы, освещать публику о Вашем таланте буду не я. Я могу только показать, — повернувшись, чтобы сделать несколько фотографий  самого творца. Впрочем, он и не был против, наоборот, всячески поддерживал инициативу подоспевшего фотографа.
К слову, эту деталь тоже заметил. Практически все здесь (кроме дам в разномастных платьях) были в тёмных, строгих нарядах, а художники предпочитали нечто более простое и приземлённое ради собственного удобства, однако всё равно в тёмных тонах. Эдвин же остановил свой выбор на чём-то ярком, блестящем и бросающимся в глаза.
— Скажите, — опуская камеру, — почему Вы решили выделяться на фоне остальных? — с детским любопытством.

+1

6

Слова о том, что фотограф на слышал о нем заставили Эдвина слегка поднять бровь. Это было во всех отношениях странно, поскольку журналисты на картинных выставках обычно знают творцов вдоль и поперек, а МакЛафлин слишком яркая личность, чтобы пропустить его. О нем было снято множество сюжетов и написано множество статей. Такой уж он был - ярким и выделяющимся среди других. Даже сейчас. Даже в эту самую секунду он рисовался как модель на выставке и с удовольствием давал фотографировать себя и свои творения.
Ах, читал всё же. Хорошо. Бровь его опустилась, а улыбка стала еще шире. Он кивнул.

- Что же, всё равно - вы меня осветите в своем фото-репортаже, - Эдвин рассмеялся негромко и направился ближе к своим картинам, прихватив со стола бисквит с кремом.
- У вас наметанный глаз, мой дорогой, выбрали самые стоящие картины здесь. Остальное весьма скучно - реалисты одолевают своими образами, но будущее за абстракцией. Не находите?
Он вновь негромко рассмеялся и встряхнул головой. Он здесь был самой яркой и сверкающей звездочкой. И всегда приходил на выставки именно так. В странных или слишком ярких нарядах, порой в женских и на каблуках. Эпатаж - его второе имя.

- Почему я выделяюсь? Ну, потому что я такой и есть. Поверьте, в этой сфере нужно выделяться, если хочется чего-то добиться. Я вот добился. Мое имя знакомо широким массам, больше народу привлечены к моему творчеству, а это главное. Знаете, я бы даже пережил отсутствие денег, но вот без внимания... Это мой воздух и мой хлеб.

Он сказал чистую правду. Главное для него было, чтобы его замечали. Это очень важно для любого художника. А ведь серых мышей в этой сфере и так навалом. Нужно быть ярким, чтобы привлекать к себе внимание, а значит и спонсоров, и покупателей. А люди падки на всё приметное, на всё, что выделяется на фоне серости и обыденности. Будто то парень в женском белье, или же вот такое красное пятно среди темных тонов.

Он встал в позу,когда его фотографировали, улыбаясь в объектив, а потом надкусил свой бисквит, облизывая крошку с губ, накрашенных темно-красной, почти черной помадой.

- Что скажете о моих картинах? - поинтересовался вкрадчиво, желая услышать что-то хвалебное. Ну любил он, когда его хвалят, любил. Что уж тут поделать. Наверное, многие боги склонны к самолюбию, и Эдви не исключение. А ведь он себя считал не меньше, чем самым настоящим божеством.

+2

7

Право слово, Уриил уже начинал чувствовать себя максимально неловко. Он ничего не понимал в искусстве написания картин, в искусстве скульптуры, мог только правильно и красиво выставить композицию, взять правильный, удачный кадр, чтобы всё это в сумме на готовой фотографии смотрелось гармонично, чтобы не раздражали ненужные, посторонние детали и прочее-прочее. А тут следовали вопросы непосредственно о картинах авторства человека (вернее, не совсем), стоящего рядом.
— Да, я.. думаю, я могу согласиться. Я всегда считал, что картины должны служить человеку как своего рода «проводник» мыслей и воображения художника. И несмотря на то, что реализм в природе своей многогранен и многовариантен, это всё равно немного не то. За реализмом можно наблюдать и самостоятельно, если только чуть-чуть проявить внимательность, — приподнимая камеру, снова скрывая за ней своё лицо, делая ещё парочку снимков скульптуры, после сразу же оценивая результат своей работы. Да, вот это неплохо, это можно оставить, для журнала сойдёт, потом немного обработки и уже отправить на сайт. Обычно в сетевых статьях изображения всегда несильно, но всё-таки обрабатывались, чтобы выглядели как можно более презентабельно. — Думаю, что абстракция в этом плане гораздо интереснее, — продолжая оборванную мысль спустя минуту изучения получившегося. — В ней каждый может найти своё, это неплохо. Даже хорошо, — одобрительно кивая, словно речь шла не о картинах, а о каком-нибудь недавно вышедшем в прокат фильме, например.

Снова переводя взгляд на своего нового знакомого, Джон замер на несколько секунд.
— Так значит, Вы продаёте свои картины, да? — скептически изогнув бровь. Бывал он и раньше на подобных выставках и там было не так мало художников, что отказывались продавать свои работы. Отдавали в картинные галереи и похожие места, позволяя вешать в библиотеках, театрах, даже колледжах, но не продавать, это был принцип. Неизвестно, на что тогда они жили, раз посвящали так много времени своему любимому делу, не взимая с этого никакой материальной пользы, да и не привык копаться в чужих жизнях. Знал, что люди к этому относились с негодованием, фырчали и начинали грубить.

— Хм? — одной рукой продолжая удерживать свой фотоаппарат, другой же почёсывая затылок, вороша скромное воронье гнездо у себя на голове. За один только свой внешний вид, что так кардинально отличался от всех прочих, можно было испытывать такую же неловкость, однако.. да нет, ничего подобного, ни в одном глазу, как говорится. В конечном итоге, он тут по работе, а не покрасоваться. — Ну-мм, я уже говорил, что не специалист, да? — негромкий смешок. — Могу сказать, что Ваши картины и правда выделяются на фоне прочих, поэтому я и оказался здесь. Они идеально подойдут для статьи, — приподнимая уголки губ и слегка щурясь. Уриил не был глупым, по словам, по действиям, даже по лёгким движениям.. всё настолько открыто говорило о любви Эдвина к повышенному вниманию и похвале, что ответить иначе просто не мог. Почёсывать чужое эго время от времени было даже забавно. С другой стороны, не соврал, поскольку картины на самом деле во многом отличались от большинства предоставленных здесь.
— Журналы порой чем-то похожи на газеты. Их привлекает что-то яркое, большое и необычные. Если они вдруг решат сделать главной новостью эту выставку, то Вы, быть может, сможете даже попасть на обложку. Ну, Ваши работы, я имею в виду, — осторожно протирая объектив своей камеры.
— О, кстати. Я Джонатан Коллинз. Кажется, я не представился. Извините, я просто.. засмотрелся.

+2


Вы здесь » Godless » flash » [14.10.2015] Light. Camera. Motor.